“А что, если бы все человечество бросило заниматься текущими делами и занялось вычислениями? Какой вычислительной мощности можно было бы достичь? Можно ли сравнить ее с производительностью современных компьютеров и смартфонов?” 

Начнем с того, что компьютеры и люди “мыслят” кардинально по-разному, так что сравнивать их — все равно что сравнивать арбуз и балет на льду. Но нельзя не отметить, что балет на льду, конечно, лучше. Давайте лучше об этом и обо всем остальном по порядку.

Попробуем сравнить человека и компьютер, выполняющих одно и то же задание.  Несложно придумать задачу, которую один-единственный человек решит быстрее, чем все компьютеры мира (хотя с каждым днем это становится все труднее). Например, люди все еще лучше, чем компьютеры, угадывают, что именно произошло. Представим себе картину, где изображены кот, мальчик с мячом, мама мальчика и разбитая ваза. Любой человек, увидев такое в жизни или на рисунке, сразу скажет, что тут случилось: ребенок разбил вазу, а кот изучает обстановку.

Он мудро отбросит альтернативные версии, включая следующие:
• вазу разбил кот;
• кот выпрыгнул из вазы на ребенка;
• в дом забрался дикий кот, и кто-то кинул в него вазу;
• ваза взорвалась, и на звук прибежали ребенок и кот.

Ни один компьютер мира не пришел бы к этому выводу быстрее и точнее, чем любой человек — даже тот самый ребенок. Все потому что компьютеры запрограммированы на нахождение определенного ответа, а человеческий мозг за тысячи лет истории и за период жизни конкретного человека научился делать правильные выводы на основании опыта и знаний.

Ключевая особенность обычных компьютеров – физическое разделение памяти, хранящей данные и инструкции, и логики, обрабатывающей эту информацию. В мозгу такого разделения нет. Вычисления и хранение данных происходят одновременно и локально, в обширной сети, состоящей из примерно 100 млрд нервных клеток (нейронов) и более 100 трлн связей (синапсов). По большей части мозг определяется этими связями и тем, как каждый из нейронов реагирует на входящий сигнал других нейронов. Органы чувств, рефлексы и механизмы обучения — вот с чем мы начинаем, и это немало. Если бы в этом наборе чего-то не хватало, выжить было бы непросто.

А вот с чем мы не рождаемся: информация, данные, правила, лексикон, алгоритмы, программы, подпрограммы, модели, память, изображения, процессоры, шифраторы, декодеры, символы и буфер обмена. В нас нет всех тех элементов, которые позволяют цифровым компьютерам демонстрировать более-менее разумное поведение. Мы не только не рождаемся с таким набором функций, мы также не развиваем их — никогда.

Мы не храним слова или правила, которые диктуют, как манипулировать словами. Мы не создаем репрезентации или отображения визуальных стимулов, не сохраняем их в буфере кратковременной памяти и не передаем в долговременную память. Мы не загружаем информацию, картинки или слова из памяти. Компьютеры выполняют все эти действия, организмы — нет.

Компьютеры буквально обрабатывают информацию — числа, буквы, слова, формулы, изображения. Информацию необходимо закодировать в понятный компьютерам формат, то есть вереницы единиц и нулей (биты), собранные в небольшие группы (байты). Определенная последовательность этих логических элементов кодирует букву Д, другая — О, третья — М. Поставленные рядом, эти три бувы формируют слово ДОМ. Любая картинка, например, фотография кота, представлена очень сложной последовательностью из миллионов байт, окруженных специальными знаками, которые говорят компьютеру, что в этом месте хранится изображение, а не слово.

Компьютеры действительно работают с символическими отображениями мира. Они действительно хранят и извлекают. Они реально обрабатывают. У них есть физическая память. Всеми их действиями, без исключений, руководят алгоритмы.

Но люди ничего из этого не делают — никогда не делали и никогда не будут.